"The International Herald Tribune"

Успехи на внутреннем фронте пока что позволяют г-ну Путину проводить непопулярную в широких слоях населения внешнюю политику

Филип Боуринг (Philip Bowring)
"The International Herald Tribune", США

Москва, 7 июня 2002 года. Визит в Россию на этой неделе президента Китая Цзянь Цзэминя (Jiang Zemin), состоявшийся вслед за визитом президента США Джорджа Буша-младшего (George W. Bush) и непосредственно после саммита в Алма-Ате, проиллюстрировал, до какой степени Россия, Запад и Китай сегодня объединены страхом перед воинственностью мусульман. Свидетельствами озабоченности России и Китая являются их согласие на американское военное присутствие в Средней Азии, существование Шанхайской организации сотрудничества, в которую вошли Китай, Россия и ряд среднеазиатских государств, и нынешний визит г-на Цзяня. Эта озабоченность уже дала краткосрочные дивиденды: для Запада она означает прогресс в деле сокращения ядерных вооружений, неохотное согласие России на расширение Организации Североатлантического договора (НАТО) и Европейского Союза (ЕС) на восток и на выход Вашингтона из Договора об ограничении систем противоракетной обороны (Договор по ПРО); России оно принесло терпимое отношение Запада к притеснениям в Чечне; среднеазиатским государствам - терпимое отношение к деспотизму; а Пекину - спад антикитайских настроений в Соединенных Штатах. Однако это сближение основано на негативных эмоциях, и оно уже подвергается проверке на прочность в момент, когда региональный фокус переместился с Афганистана на Кашмир.

Что касается России, если мы хотим, чтобы не было внутренней реакции против замирения г-на Путина с Западом, это сближение необходимо заменить чем-то более конструктивным. Такая реакция имела бы серьезные отрицательные последствия для внутренних экономических реформ, а также и для международных отношений. Успехи на внутреннем фронте пока что позволяют г-ну Путину проводить непопулярную в широких слоях населения внешнюю политику. До нынешней поры чувство унижения в связи с Прибалтикой и Средней Азией и чувство негодования в связи с давлением Соединенных Штатов в вопросе об Иране, который считается дружественным соседом, несмотря на различие религий, отодвигаются на задний план улучшением уровня государственного управления, обузданием магнатов-грабителей, которых породила приватизация, оживлением экономики и имиджем г-на Путина как лидера, который в общении с г-ном Бушем-младшим и с г-ном Цзянем способен на нечто большее, чем просто стоять на своем. Короче, большинство по-прежнему доверяет ему, считая, что он со слабыми картами на руках сделает все, от него зависящее, для достойного представления российских интересов. Однако пока он мало что получил от Запада взамен тех уступок, на которые его вынудила пойти российская слабость.

Г-н Путин, кажется, понимает, что его политическое будущее в значительной мере определяется его способностью обеспечить восстановление российской экономики. До сего времени ему везло, ибо он воспользовался выгодами от девальвации рубля в 1998 году и ростом мировых цен на нефть, чтобы обеспечить подъем экономики после ее краха в начальный постсоветский период. В период 1999-2001 годов экономика росла со средним темпом 6% в год.

Однако темпы роста российской экономики замедляются. Для того чтобы продолжить восстановление, России нужны более значительные инвестиции и увеличение торговли. На прошлой неделе ЕС сделал маленький шаг с целью поощрения торговли с Россией, признав ее страной с рыночной экономикой, вследствие чего сегодня стало не так легко применять против нее антидемпинговые процедуры. Но обращает на себя внимание тот факт, что Вашингтон не сделал того же самого. Членство России во Всемирной торговой организации (ВТО) все еще остается вопросом отдаленного будущего. Китай, к примеру, возможно, будет этому потихоньку препятствовать, подозревая, что членство в ВТО укрепит связь России с Западом за счет другой связи - между Китаем и Россией, которая основана на неприятии Соединенных Штатов.

Инвестиции восстановились лишь частично, несмотря на огромные потенциал ресурсов и потребительских товаров. Промышленность сегодня работает с нагрузкой, близкой к ее максимальной производительности. Всемирный банк считает, что российские реформы должны иметь следствием увеличение притока инвестиций, позволяющее экономике расти с темпом 4-6% в год даже при снижении мировых цен на нефть. В противном случае рост экономики может вернуться к 1-2% в год, что является мизерным уровнем, принимая во внимание, что доходы населения исключительно низки для такой богатой ресурсами и высокообразованной нации.

По мере того, как условия становятся более стабильными, инвестиции растут. Отмечается резкий спад бегства капитала заграницу. Часть тех оценочных 130 млрд. долл. США, которые россияне отправили в офшорные зоны, может вернуться. Но бюрократия, борьба за власть в регионах и заявленные интересы новых олигархов все еще препятствуют инвестициям и созданию отраслей промышленности, которые могли бы быть конкурентоспособными в мировом масштабе. Неудача в деле модернизации экономики сделает отношения России с процветающей Европой все более трудными. Неудача в развитии Дальнего Востока будет иметь последствия для отношений с Китаем, чья территориальная экспансия исторически обусловлена переселенцами, мигрирующими в поисках работы. Однако экономика Россия сегодня вышла на перекресток, откуда она может начать расти очень быстро и догонять Европу точно так же, как бедные европейские страны догоняют богатые европейские страны, стимулируемые торговлей в рамках ЕС и притоком капитала.

Горделивая, отрезанная от остального мира, не уверенная в собственном будущем, завидующая успехам других Россия не является легким партнером. Но усиление внимания к экономическим проблемам за счет внимания к исламскому миру и стратегических проблем будет лучшим вкладом, который Запад может сделать в будущее России, да и самой Европы.

Об этом сообщает Роспрес